За последние десять лет жанр возвышенного ужаса пережил всплеск популярности. Эти фильмы больше метафоричны, затрагивая такие темы, как горе, травмы поколений и идентичность. Такая глубинная тематика подходит для особого вида ужасов, который обычно не опирается на внезапные скримеры или кровопролития. Речь идёт о чём-то более глубоком… более жутком.

В этих фильмах постепенно нарастает напряжение, психологический ужас, тревожная атмосфера и тревога, которая не отпускает зрителя и заставляет мурашки бежать по коже ещё долго после окончания просмотра. И что же их всех объединяет? Тишина. Сдержанное использование звука делает каждую тщательно подобранную деталь ещё более впечатляющей, а его отсутствие наполняет эти фильмы жутким напряжением. Представляем самые жуткие фильмы ужасов последнего десятилетия, которые могут заставить вас бояться выключить свет.

____________________________

Сырое / ‘Raw’ (2016)

«Сырое» — это запутанный фильм о взрослении, о пробуждении сексуального, эмоционального и диетического характера. Фильм Джулии Дюкорно рассказывает историю Джастин, робкой, прилежной, девственницы-вегетарианки, которая поступает в ветеринарную школу, как и её родители и старшая сестра до неё. Во время изнурительного ритуала её заставляют есть сырое мясо, что пробуждает в ней неконтролируемую тягу. По мере того, как ненасытный аппетит Джастин усиливается, она становится всё более дикой и неуправляемой, но в то же время обретает уверенность в себе и целостность.

Через каннибализм и резню «Сырое» исследует темы идентичности и трансформации, судьбы и семьи, подавления и желания. Телесный ужас местами натурален и жесток, но он иллюстрирует психологические и эмоциональные потрясения и процесс самопознания. Когда в ней берёт верх животный инстинкт, одноклассники отшатываются, за исключением сестры, которая вместе с ней стремительно движется по спирали. Весь фильм словно вибрирует. Жюстин, которую с неистовой физической силой играет Гаранс Марилье, идеально передает дикую жажду человеческой плоти.

____________________________

Его дом / ‘His House’ (2020)

В фильме «Его дом» Бол и Риал (Сопе Дирису и Вунми Мосаку), беженцы из охваченного войной Южного Судана, получают убежище в Англии. Они переезжают в обветшалый дом, субсидируемый государством, который с первого взгляда кажется им враждебным. Он разваливается, кишит паразитами и всё больше населён призраками. Мерцающие огни и странные звуки в ночи, когда они впервые появляются, постепенно перерастают в теневые фигуры и зловещие океанские наводнения. Эти призраки — не просто сверхъестественные гости; они — воплощения прошлого пары и тяжёлого груза их неразрешённой боли.

«Его дом» — это жутковатое исследование чувства вины, горя и травмы выжившего, а также сложного опыта иммиграции — изгнания из дома и от близких, борьбы с адаптацией к новому месту и культуре. Режиссёр Реми Уикс мастерски сочетает сверхъестественный ужас с реальными испытаниями. По закону им запрещено покидать свой новый дом, но даже если бы они могли, именно такие призраки будут следовать за вами повсюду.

____________________________

Думаю, как всё закончить / ‘I’m Thinking of Ending Things’ (2020)

«Думаю, как всё закончить» — клаустрофобный, абстрактный, почти мучительный психологический хоррор, исследующий темы смертности, памяти и течения времени. Молодая женщина и её парень Джейк (Джесси БаклииДжесси Племонс) отправляются в путешествие, чтобы познакомиться с его родителями и остановиться в их фермерском доме. С самого начала она размышляет о том, что подразумевает название.

Сам дом – это сбивающий с толку лабиринт, где время словно искажается и зацикливается: прошлое, настоящее и будущее сменяют друг друга с непредсказуемыми интервалами. Родители её парня колеблются между нормальным и крайне странным поведением, а их неловкие, загадочные разговоры лишь усиливают нарастающее беспокойство. Страх и желание уйти неумолимо нарастают как у женщины, так и у зрителей. То, что начинается как обычная история о рушащихся романтических отношениях, превращается в непостижимую реальность, которая постепенно раскрывается как нечто гораздо более одинокое, глубоко внутри и разрушительное.

____________________________

В чужой шкуре / ‘Possessor’ (2020)

«В чужой шкуре» Брэндона Кроненберга — агрессивный, интеллектуальный хоррор о самоидентификации, телесности и контроле. Действие разворачивается вокруг Таси Вос (Андреа Райзборо), киллера, работающей на секретную корпорацию, использующую технологию мозговых имплантов для вселения в чужие тела и совершения убийств. Работа позволяет Тасе отвлечься от неудовлетворительной семейной жизни, пока ей не поручают вселиться в тело Колина Тейта (Кристофер Эбботт). В борьбе за контроль над его телом границы между её сознанием и его сознанием начинают стираться.

Фильм купается в ледяном синем, обжигающе-красном и болезненно-жёлтом свете, а также в мечтательных, почти наркотических визуальных эффектах. Реальность становится ненадёжной, а тело превращается в пространство, которое можно захватить и отбросить. Это, пожалуй, самый жестокий фильм в этом списке, но то, что объединяет «Обладателя» с другими, — это сквозная линия тревожного страха, эмоциональной отстранённости и экзистенциального распада. Тихий лихорадочный сон о потере контроля над своим телом, своим разумом и собой.

____________________________

Убийство священного оленя / ‘The Killing of a Sacred Deer’ (2017)

Йоргос Лантимос представляет собой затягивающий психологический хоррор о репрессиях, возмездии и о том, на что мы готовы пойти ради поддержания порядка. Колин Фаррелл играет Стивена, успешного хирурга, живущего безупречной жизнью со своей женой Анной (Николь Кидман) и двумя детьми. Когда в их жизни появляется Мартин (Барри Киоган), беспокойный шестнадцатилетний юноша, их чувство контроля начинает рушиться. Дети внезапно заболевают загадочной болезнью, и Мартин ставит ультиматум: Стивен должен принести жертву, чтобы избавить всю свою семью от страданий.

«Убийство священного оленя» —тревожный, стерильный, безупречный и крайне странный фильм. Фильм, как и Стивен и его семья, подавлен. Пока герои задыхаются под тяжестью этой неизбежной жертвы, их ужас передаётся через невозмутимые диалоги и пустую отстранённость. Жуткость «Убийства священного оленя» заключается в его неподвижности, холодном, клиническом спокойствии, которое резко контрастирует с невыносимыми ставками истории. Он также исходит от самого жуткого поедания спагетти, которое вы когда-либо видели.